СОЗРЕВАНИЕ ПЕРСИКА. Глава 39. Наказания пацанов

      Из предыдущих глав вы узнали, что весенние забавы поселковых девчонок никогда прежде ещё не были столь возбуждающе интересными и захватывающими! Кроме пляски деревенских пацанов, прозванной метким словом «тряхомудия», девочки устраивали для себя ещё одну замечательную развлекуху, которая была для ребят не менее унизительна — «головомойку»: голые мальчики забирались в ванну (иногда по одному, иногда вдвоём, но случалось, что и трое сразу!), тёрлись там мылом и мочалкой, мылись сами и мыли друг друга, брызгались и смеялись, а юные девчата наблюдали за процессом.

      Но на этом дело не кончалось! После «головомойки» голенькие и чистенькие пацаны-подростки были вынуждены принимать участие в продолжении «развлекательной программы». И что же девочки планировали делать с ними дальше? — Проводить «воспитательную работу»! Вы ведь помните, что отличницы и хорошистки брали над отстающими учениками шефство, чтобы подтянуть их учёбу и помочь исправить плохие оценки? Девочки оставляли ребят в школе после уроков «на продлёнку» и ещё занимались с ними дома. А за плохие оценки и неуспеваемость пацанам полагалось наказание! 

      Для повышения успеваемости девочки не знали лучшего способа, чем телесное наказание, а именно — порка! Они ведь уже применяли её ещё с осени! После «головомойки» Персик, Димка и Лёшка уже были голенькие и готовые, по задумке юных учениц, получать «по заслугам»! Девчатам не терпелось взгреть пацанские задницы докрасна! Но, обо всём по порядку!..

      Сначала ребята должны были предъявить девочкам свои школьные дневники с оценками. И хотя Персик в начале учебного года заметно подтянулся в учёбе, но после новогодних праздников снова скатился на тройки. У него оставалось не так много времени на занятия, ведь приходилось постоянно шляться в гости к тем же девчонкам, да ещё и Пашка не давал ему прохода — требовал, чтобы Перс записался в какую-нибудь спортивную секцию и не пропускал тренировки, а на летних каникулах обязательно попал в спортивный лагерь.

      О спортивном лагере у Персика остались самые лучшие воспоминания. Один только поход в баню чего стоил! И Перс с удовольствием готов был записаться в летний лагерь снова, но не обладал ни выдающимися физическими данными, ни выдающимися спортивными результатами (его чемпионство на голых «олимпийских играх» прошлым летом не в счёт! ☺). Именно поэтому Пашка и заставил Перса записаться в спортивную секцию и посещать тренировки. Конечно, у Персика всегда была пятёрка по физкультуре, но Пашке этого было мало и он требовал от подающего надежды простого деревенского паренька продолжать физически развиваться, чтобы стать настоящим атлетом. А до этого Персику было пока ещё далеко...

      То ли дело сам Пашка — лучший спортсмен школы! Высокий красивый блондин-атлет, авторитет для всех парней и любовь всех девчонок от средних и до выпускных классов! Пару раз в месяц Пашка тоже зазывал Перса к себе в гости и под предлогом проверки его физического развития и спортивной формы заставлял раздеваться догола, осматривал и грубо щупал, смущал разными интимными расспросами, склонял к занятиям онанизмом, а потом заставлял сосать и заглатывать свою залупу (ну, как это у них было в первый раз вы и сами знаете ☺). Заканчивалось всё словами: «Лучше выпить спермы литр, чем лизать у девки клитор!». Такую шутку Перс вроде уже слышал от Вадика.

      Что такое «клитор» Персик, естественно, толком не знал, но при случае поинтересовался у всезнающего Димки (тот много общался со своим старшим двоюродным братом и многого от того набрался, многому научился. В теории, разумеется. Потом была и «практика», но это тема для отдельного рассказа!).

      Перс глотал Пашкину сперму, не сплёвывая (хотя тот бы ему и не позволил!), чем и заслужил Пашкино если и не уважение, то хотя бы снисхождение. Старшеклассник ведь и не догадывался, что Персик уже имел некоторый опыт в оральном сексе благодаря Вадику! Причём залупа Вадика проникала Персу не только в рот, но и в попку, осеменяя его не только глотку, но и задний проход! И этот факт Персик от всех тщательно скрывал, особенно от Пашки, который каждый раз порывался насадить его на свой огромный мощный елдак в наказание за пропуски тренировок (если бы они были) и низкие спортивные результаты (если бы они были низкими). Но Перс так усердно занимался спортом и так старательно обсасывал залупу молодого атлета, послушно глотая все его обильные выделения, что тот каждый раз драл его в глотку и кончал в рот. Поэтому попка Персика пока оставалась в целости и сохранности, если не считать проникновения в неё пальцем.

      Да, Пашка любил всунуть Персику в задницу намыленный (или смазанный вазелином, или как следует обслюнявленный) палец и спросить: «Ну, Перец, что чувствуешь?» (Если помните, Пашка сразу дал Персику новое, более мужественное и брутальное прозвище Перец и с тех пор называл его именно так!). А Персик/Перец каждый раз должен был делать вид, что это ему очень нравится и отвечать: «Ух, как кайфово!» и елозить попкой на пальце, насаживаясь всё глубже. Пашка поощрял Перса и сам тыкался пальцем всё глубже ему в задницу, пока не доставал до простаты.

      Приходилось ли вам проникать пальцем кому-нибудь в попку? Может, себе? Или кто-то другой совал свой палец в попу вам? Один пальчик или два? Или больше? И часто вы так делаете? ☺

      От всех этих манипуляций и стимулирования простаты Персик ещё больше возбуждался и его эрекция ещё сильнее крепла. Он не мог соскочить с пальца, пока Пашка долбил его пальцем в попу. Единственным способом прекратить всё это было — как можно скорее извергнуть семя. Но Пашка не давал Персику смастурбировать, он хотел добиться от Перса семяизвержения без прикосновения к члену, без мастурбации, только за счёт стимулирования простаты. И один раз ему это даже удалось! Сперма брызнула так сильно, что аж долетела до рта! Вы когда-нибудь видели, как пацаны мастурбируют и кончают себе на лицо или прямо в рот? У вас тоже такое случалось? Если нет, вот вам несколько наглядных примеров:

      Между тем Пашка, вытирая свой палец трусами Персика, спрашивал:

— Ну чё, Перец, понял как надо от спермы избавляться? Пихаешь палец себе в задницу и дрочишь!

При этих словах он бросал Персику его же трусы, о которые только что вытер свой палец, чтобы Перс мог также вытереть ими свою разбрызганную по груди и животу кончу.

— Да мне больше нравится как мой батя делает — матрас ебать, ну, то есть залупой о матрас тереться! — отвечал, запинаясь, Персик.

— Да можешь хоть матрас ебать, хоть подушку, хоть коврик на полу, но палец в задницу должен засовывать! Или огурец! Или банан! Или что-нибудь ещё... Что там у тебя есть? Свечку, например! — строго продолжал Пашка свои наставления.

При упоминании свечки, всунутой в задницу, у Персика от стыда уши сразу покраснели, но Пашка не придал этому значения, а Перс не стал рассказывать ему историю о дне рождения одной девочки, где всё это однажды уже произошло! (См. главу 37 "Весенние забавы"). Да, совсем недавно это уже произошло и могло бы случиться снова, но девчонки пока не додумались наказывать ребят за неуспеваемость именно таким способом! ☺

 

     Зачем Пашке надо было, чтобы Персик обязательно совал себе что-нибудь в попу, занимаясь онанизмом и растягивая свой анус, сам Перс прекрасно догадывался — Пашка очень хочет трахнуть его в анал. И если у Вадика хуй был длинный, но тонкий, то у Пашки залупа была даже в раскрытом виде такая большая, что затолкать её в задницу не представлялось для Персика ни малейшей возможности! Это всё равно, что пытаться запихать в попку шарик от пинг-понга.

        Да, это было невозможно, но только пока. «Во всём нужна сноровка, закалка, тренировка!» Персик послушно исполнял Пашкины наставления! Ну, и сам Пашка не забывал контролировать, как Перс исполняет его наказы, а потому при каждой следующей их встрече давал Персику какой-нибудь предмет, который тот должен был вставить (всунуть, впихнуть) себе в попу — например, толстый фломастер или даже... рукоятку отвёртки!

      Ну, толстый фломастер в заднице Персику был уже знаком. С рукояткой отвёртки пришлось повозиться, но Перс тоже справился. Так Пашка планомерно и целенаправленно готовил его к тому, чтобы трахнуть наконец послушного деревенского сосунка в анал. «И за что мне такое наказание?!» — недоумевал Персик.

      Водить дружбу с Пашкой считалось среди пацанов очень престижным, а потому Перс очень быстро стал пользоваться даже у старших ребят уважением, многие ему завидовали. Пашка до этого практически никогда и никого из них не звал к себе в гости. Однако, они не догадывались и представить себе не могли, как старшеклассник-атлет удовлетворял свою похоть с молоденьким безотказным парнишкой! Как готовил Перса ко «взрослой» жизни. Откуда Пашке было знать, что какой-то другой деревенский парень по имени Вадик уже опередил его и лишил Персика невинности?

      А вот ещё не лишённые половой невинности девочки в свою очередь наслаждались обществом голеньких молодых пацанов, развлекаясь с ними по-своему! Вы помните, что пацаны доставали и показывали юным девицам свои дневники, а те проверяли оценки и если находили тройки (а там их было большинство!) или того хуже двойки (ну куда ж без них! И такое случается!), то назначали ребятам наказание — порку по голой заднице. А дальше — широкий простор для фантазии и испробования различных поз и методов! В одной из предыдущих глав (см. главу 30 «Пацаны в гостях у девочек») всё это уже было описано.

  

    Персик не знал наверняка, наказывали ли родители при ком-нибудь из девчонок их старших (или младших) братьев? Видели ли девочки вообще хоть раз порку мальчика по голой попе? Скорее всего да, ведь братья были у многих. А порку полностью голенького пацана-подростка? Возможно, что нет. И вот теперь у девчат появилась возможность восполнить этот пробел, приобретя такой захватывающий опыт и получив незабываемые впечатления!

      Лёшка мечтал и надеялся, что девочки будут садиться на диван, а он будет ложиться им на колени и подставлять свою попу, чтобы его как следует отшлёпали. Но не тут-то было! Никто из девочек так и не захотел, чтобы голые пацаны ложились им на колени, а в особенности этот Лёха-бабник, у которого хуй встаёт по любому поводу и без. Девочки не хотели, чтобы Лёха упирался своим вставшим елдаком и тёрся своей залупой о девчоночьи ляшки, пока они будут шлёпать ладошкой его по голой заднице. Для него такая трёпка будет вовсе не наказанием, а наградой!

      Девчата давали ребятам команду встать в позу. Те спрашивали: «Как?» А девочки хихикали и передразнивали их: «Как-как? Каком кверху!» Делать нечего, пацаны раскорячившись на диване или на кровати, выставив свой зад вверх так, чтобы девчатам было максимально удобно их шлёпать.

      Но больше всего девочки любили использовать для трёпки ребят позу всадницы: пацан встаёт на полу накачки, девочка садится на него сверху задом наперёд и начинает лупить его ладошками по попе! Конечно, неопытные девочки всегда сначала хотели отшлёпать пацанов ладошкой по голой попе. Их желание было понятно. Однако, вскоре они убеждались на своём горьком опыте, что их собственные ладошки тоже очень быстро краснели и начинали болеть! Оказалось, что шлёпать пацанские задницы сначала очень приятно и здорово, но это нелёгкий труд и потом становится больно уже самим ладошкам. Девочкам приходилось постоянно сменять друг дружку, чтобы дать своим ладошкам остыть!

      Но не смотря ни на что звонкие шлепки девичьих ладошек по голым пацанским задницам громко раздавались в комнате. Девочки как-будто соревновались между собой кто звонче шлёпнет ладонью по упругой попе. А ребята как назло напрягали мускулы и их задницы становились такими упруго-твёрдыми, что девочки просто отбивали о них свои нежные ладошки! Девчонки требовали от пацанов, чтобы те расслабили свои булки, но это всё равно не помогало. Попробуйте-ка со всей силы бить ладонью на кожаному футбольному мячу! Скорее всего, вы довольно быстро отобьёте себе руку, а вот мячу будет всё равно!

      Нельзя сказать, что самим ребятам было всё равно — их задницы хоть и были мускулистыми и упругими как мячики (спасибо занятиям гимнастикой и лёгкой атлетикой, куда Пашка отправил Персика), но от череды нескончаемых шлепков и они краснели и горели огнём, ведь девчонки постоянно чередовались между собой. Пацанов было всего трое, соответственно — три задницы, а девчонок здесь собралось аж втрое больше! И все они хотели приложить свою руку к наказанию «неучей» и воспитанию «этих бесстыжих рукоблудников»!

      «А вот интересно, — думал Персик, — кто-нибудь из девчонок видел, как мать велит отцу раздеться догола и затем наказывает его за какую-нибудь провинность, шлёпая ладонью по заднице прямо на глазах у дочери?»

    Такие мысли забавляли Персика и он продолжал давать волю своим фантазиям: «Шлёпать пацанов девчонки горазды! А вот хотели бы они отшлёпать по голой жопе взрослого мужика? Например, своего отца или дядю? Или голого отца своей школьной подружки? Хватило бы у них смелости так же лихо приложиться ладошкой к его большой, жёсткой, мускулистой волосатой заднице? И что бы они при этом приговаривали?

— За что пороть — вот в чём вопрос! За то, что волосами зад зарос!

— Усы и бороду ты бреешь, а с волосатой задницей как появляться смеешь?!

— Не бреешь задницу свою и тем позоришь дочку! Так получай шлепки по ней! И точка!..»

Персик улыбался, представлял себе всё это! А голый мужик в его представлениях тоже стоял, сгорая от стыда, опустив вниз голову и смущённо прикрывая руками свои мохнато-волосатые детородные органы, вынужденный извиняться и оправдываться:

— Простите, девочки! Виноват, исправлюсь. Такое больше не повторится! Готов понести заслуженное наказание. Всыпьте мне как следует!

«Может быть так девчонки и готовятся ко взрослой семейной жизни?» — думал Персик. Иначе зачем деревенские девчата хотели, чтобы он приводил своего отца к ним на смотрины?..

      После того, как пацанские задницы были достаточно взгреты, а девчоночьи ладошки отбиты, пора было переходить и к наказанию ремнём. Откуда-то доставался отцовский ремень и девчонки могли реализовать ещё одно своё заветное желание — выпороть голенького пацана ремнём по заднице! И если они знали и видели, как родители наказывают их младших братьев шлепками по голой попе, а старших братьев поркой ремнём, девчонкам и самим хотелось попробовать себя в роли «воспитательниц». Они мечтали сами пороть «непослушных двоечников, лодырей и бездельников, которые не хотят учиться, а только и лезут своими грязными руками к себе в трусы, предаваясь похабным фантазиям о девочках»!

      Да, Персику было легко представить себе, как чей-нибудь отец или мать наказывают сыновей поркой ремнём. При этом, конечно, могли присутствовать и девчонки, например, младшая сестра и её школьные подружки. А что такого? Пусть посмотрят (в воспитательных целях, разумеется), чтобы братьям стыдно стало!

      Если кто-то из девочек за что-либо затаил на мальчиков обиду, то теперь они могли отыграться в полной мере на безотказных подростках, вынужденных стойко и безропотно терпеть наказания, выпавшие на их долю. А выпадало им не мало! Девчонки не только ставили пацанов раком, чтобы всыпать им ремнём! Они заставляли их ложиться на диване или на кровати по одному...

...по двое...

... и по трое, чтобы сечь их троих вместе!

      Ненасытные девчонки не хотели останавливаться, пока пацанские задницы действительно не становились огненно красными! Они говорили, что если пацанам не стыдно за свои плохие оценки, то они так взгреют их голые пятые точки, что те станут такими же красными, как двойки, написанные красной пастой у ребят в дневниках! И девчата претворяли свои угрозы в жизнь!

    Однажды во время наказания Персик слышал разговор, который девочки вели между собой. Они говорили о том, как их одноклассницы прошлым летом во время каникул приходили в школу по каким-то там делам, а в это время в одном из классов старшие ученики — деревенские пацаны-двоечники занимались с учителем. Им пришлось заниматься летом, чтобы исправлять свои двойки и чтобы учитель не оставил их на второй год за неуспеваемость. Дверь в класс была прикрыта не плотно, через щель можно было видеть, что происходит там внутри. Сначала пацаны занимались, но толку от этого всё равно не было, вот учитель и решил их наказать как следует, раз родители не занимаются их воспитанием — ну, то есть учитель заставил пацанов спустить портки, а потом и всыпал им по их голым задницам! И подружки видели всё это своими глазами! «А что тут такого?» — говорили девчонки, — «Это ж деревенские пацаны! Кому они будут жаловаться? Их можно хоть в классе на уроке сечь! Им это только на пользу! Глядишь, поумнеют!»

      Персик запросто мог представить себе те события:

      Скорее всего, это была правда. Перс и сам знал, что некоторые деревенские пацаны летом несколько раз в неделю действительно были вынуждены посещать школу, чтобы исправить свои оценки. Но Персик и не догадывался, что с пацанами там учитель так сурово обращался. И они действительно никому ничего не рассказывали. Из чувства стыда, разумеется. Перс на их месте тоже держал бы язык за зубами, ведь и он вынужден помалкивать о том, как его самого и его друзей девчонки наказывают за неуспеваемость. Кому охото об этом рассказывать и признаваться в таком унижении? Всё, что им остаётся — молчать и терпеть, стиснув зубы. И ещё надеяться, что никто об этом больше не узнает!

      Но девчонки об этом знали и узнавали. И с каждой неделей их становилось всё больше! Было очень стыдно, что маленькие девочки придумали для пацанов-подростков унизительное прозвище «взгретые жопки» и при случайной встрече в школе звали их именно так, а не по именам:

— Эй вы, взгретые жопки! Какие оценки сегодня получили? Опять тройки? Мало вас ремнём пороли! Сечь вас надо как сидоровых коз!

И самое обидное, что насмехались над ребятами младшие девочки, которые вообще учились в четвёртом классе! У пацанов краснели от стыда уши, они опускали глаза и смотрели в пол, надеясь, что другие ребята и девчонки не слышат этого разговора в шуме и гаме на перемене.

А на следующей перемене всё повторялось и девчата снова начинали кудахтать как куры:

— Смотрите-ка, деревенские пастухи идут!

— Ну, как ваши пылающие сёдла? За партой сидеть не больно? Если больно, тогда выходите к доске отвечать! Учиться — это вам не коровам хвосты крутить! Тут за неправильный ответ можно и указкой под хвост схлопотать!

— Вот раньше были времена, когда негодных мальчишек за неуспеваемость секли прямо в классе во время урока! У всех на виду! Жалко, что наказания для них отменили!

— Да, жалко.

— Жалко...

Персику вновь хватило фантазии представить, как это могло бы быть:

Из-за ограничений по продолжительности видео разделено на три части:

   часть 1 — трое старшеклассников выходят к доске, учитель начинает их наказывать шлепками ладонью и поркой ремнём по голым задницам, пацаны считают удары

   часть 2 — учитель наказывает шлепками и поркой ремнём третьего ученика, тот считает удары; затем учитель наказывает троих раздетых догола старшеклассников по очереди и всех вместе

   часть 3 — учитель завершает наказание трёх голых старшеклассников, после чего двое из них должны мастурбировать, а третий сосать у них; в конце двое старшеклассников кончают на грудь третьему

Да-да, именно так Персик и представлял себе наказание старшеклассников перед всем классом! ☺

И да, именно так же девчонки представляли себе «школу мечты»!

      Между тем юные школьницы делились друг с дружкой историей, которую Персик уже слыхал, да только про другого учителя и других пацанов:

— Девочки, а вы разве не знаете? Летом деревенские двоечники приходят сюда свои двойки исправлять. Так вот девчонки из других классов видели, как тех старшеклассников за их неуспеваемость учитель сёк прямо в классе!

— Что, прямо и трусы заставлял снимать?

— Ну, конечно! А ты как думаешь?! Заставлял спускать штаны вместе с трусами, а потом порол этих голожопиков!

— А девчонки всё это видели?

— Ну, да! Они сначала через дверь подглядывали, а потом и с улицы из-за кустов в окна смотрели — там на первом этаже ведь всё видно!

      С красными от стыда ушами Персик был вынужден слушать эти девчоночьи разговоры. Если он прямо сейчас не подтянет свою учёбу, то на летних каникулах сам окажется на месте этих двоечников, которых строгий учитель будет пороть в классе, а случайно оказавшиеся в школе девочки станут подсматривать за ним через дверь или окошко. 

      «Интересно, а эти «мокрощелки» (именно так за глаза называл четвероклассниц Персик, и не он один! ☺) заставляют раздеваться догола своих одноклассников, оставляя их в школе, например, после уроков? Наказывают их? Порят их? Вздрачивают их елдаки?» — раздумывал Перс. Сам он в этом возрасте подвергался принуждению со стороны деревенских девчонок, а вот в школе такого с ним ещё не делали. Начали только в 6 классе, а могли ведь и раньше!

      Тут к счастью для Персика раздался спасительный звонок и ученикам пришлось расходиться по классам. Перс понимал, что если он сегодня на уроках схлопочет трояк или того хуже — двойку, то у него есть все шансы схлопотать по заднице от девчонок после школы. Да, порка ремнём доставалась пацанам как минимум пару раз в неделю. Девочки заставляли ребят громко и чётко считать удары. И не сбиваться со счёта! Кто собьётся, тот будет получать все удары заново. Это было очень унизительно, но пацанам приходилось подчиняться. Никто не хотел получить двойную, а тем более тройную порцию порки.

      Сами юные школьницы в шутку называли это наказание «учить математику». Девчонки начинали лупить пацанов по очереди ремнём по голым задницам, а ребята громко и чётко, как им и было велено, считали звонкие, хлёсткие удары. Так девочки через задницы вколачивали математику в головы этих неучей.

      Когда освоили счёт до ста, переходили к таблице умножения: девочки называли числа, а пацаны должны были быстро перемножать их в уме и называть правильный ответ. Если они ошибались и ответ оказывался неправильным, то незнающий таблицы умножения ученик получал столько ударов по заднице, каков был правильный ответ. Так пацаны лучше запоминали и, получая заслуженные наказания, потихоньку выучили всю таблицу умножения. И это в шестом-то классе, хотя они должны были её знать ещё в начальной школе!

    Больше всех ударов за неправильные ответы доставалось Лёхе, но его это, похоже, нисколько не огорчало. Наоборот — радовало! По непонятным причинам ему очень нравились любые развлечения с девчонками, даже такое «изучение математики»! Ребята, перегнувшись через спинку стула и подставив свой зад под удары ремнём, от математики переходили к геометрии. Тут в дело вступали ученицы постарше:

— Чему равна длина окружности? — спрашивали они.

За ответ «Не знаю» неуч получал не только удары ремнём по заднице, но и весьма ощутимый шлепок школьной линейкой снизу по отвисающим яичкам.

— Получай по своим шарам! — назидательно приговаривала четвероклашка.

— Чему равна сумма углов треугольника? — задавался следующий вопрос.

— Не знаю... — слышалось в ответ.

— Получай по своим шарам!

И далее снова следовал удар линейкой по яйцам.

— Чему равна площадь квадрата?

— Площадь квадрата равна произведению его сторон! — бубнил в ответ шестиклассник.

— Получай по своим шарам! — вновь приговаривала юная ученица.

— За что?! — только и успевал вскрикнуть пацан, готовый получить удар ремнём по заднице и шлепок линейкой по мошонке.

Но никаких ударов не следовало, только девичий смех.

— Реакция есть, дети будут! — продолжали насмехаться над бедным парнишкой девчонки. А про «удар по шарам» они просто шутили, ведь ответ же был правильный!

      От математики и геометрии переходили к другим предметам, по которым у ребят были двойки и тройки. Листая школьные дневники шестиклассников, девочкам не составляло труда найти повод для их наказания и порки. И тут уж какие только унизительные позы не приходилось принимать бедным ребятам! Порой их заставляли забираться друг на друга сверху, чтобы удобнее было наказывать сразу двоих:

      Либо тот, что был снизу, ложился на спину и задирал ноги вверх, а другой залезал на него сверху. Волей-неволей пацаны были вынуждены тереться друг о друга своими гениталиями, чем очень забавляли и раззадоривали девчонок! Так и ребят пороть было очень удобно, и вся их промежность была у девочек как на ладони — любуйтесь сколько душе угодно!

   Троих пацанов тоже можно было заставить взгромоздиться друг на друга! Как их порол (или мог бы пороть) учитель в школе, уже было показано на видео выше. Девочкам тоже хотелось приложить к этому руку, чем они с удовольствием и занимались! Для многих юных девиц просто увидеть вблизи голого подростка, находящегося на самом пике полового созревания, ещё совсем недавно было пределом мечтаний. А тут им предоставлялась возможность даже ремнём всыпать пацанам по их голым задницам и тем самым проявить над ними свою власть. Беззастенчиво и безнаказанно выпороть голых деревенских пацанов, которые будут терпеливо и покорно сносить побои и унижения от девчонок, которые могут быть на два, а то и три года младше любого из них! Пацаны, безусловно, физически гораздо сильнее и на пару-тройку лет старше, но ничего не могут поделать, кроме как стиснуть зубы и терпеть. И чем больше они терпят, тем больше будут девочки проверять их терпение на прочность! А почему бы и нет, если эти деревенские подростки столь покорны и безотказны в силу своей же наивности или глупости. 

      И откуда только девчонки черпали все эти идеи? Может быть они видели, как кто-то из родителей или близких родственников, например дядя или даже дедушка наказывает их старших братьев за какие-нибудь провинности? Иногда Персик фантазировал на тему, а как бы он себя чувствовал, если бы у него была родная сестра? Стеснялся бы он её? Скорее всего нет, даже если бы она и была младше него. А стеснялся бы он раздеваться догола не только перед ней, но и перед её школьными подружками? Определённо, да! Так что в любом случае пацанам, которых голенькими наказывают в присутствии их сестёр (младших или старших, не важно), а тем более в присутствии посторонних девочек (даже в воспитательных целях, чтобы ребятам стало совсем уж стыдно), не позавидуешь!

      Отец наказывал Персика не часто, по большому счёту махнув рукой на его воспитание. Однако, Перс безусловно уважал, беспрекословно слушался своего отца и старался никогда не давать ему повода для наказаний. Ведь если дело дойдёт до порки, то у бати тяжёлая рука! Запросто шкуру спустит! И уж тогда эта порка не сравнится ни с какой даже самой серьёзной трёпкой, которую способны устроить пацанам девчонки!

      Зная своего отца, Персик был уверен, что и в других семьях дела обстоят так же. Что отцы если и не занимаются воспитанием, то уж точно занимаются наказанием своих сыновей:

      Получая наказание от отцов, пацанам приходилось терпеть только боль. Получая наказание от юных школьниц, ребята терпели ещё и стыд и позор. Ведь иногда им приходилось принимать очень унизительные позы для порки! Например, ложиться вдвоём, прижиматься друг к другу спинами и раскорячиваться так, чтобы их задницы были задраны вертикально вверх, а запрокинутые ноги были разведены в стороны.

  Так девочки могли лупить одновременно двух пацанов по задницам и любоваться их промежностью, разглядывать их раскрытые анусы, а при необходимости даже постучать по яичкам! При этом сами девчонки называли такую порку наказанием акробатов. А что, ведь и правда похоже!

    Но пороли девчата ребят они не только ремнём! Чем ещё? Да чем угодно — всем, что попадётся им под руку: хоть ракеткой для настольного тенниса, хоть кухонной разделочной доской, хоть отцовским тапком, а можно использовать и любимую девчоночью... скакалку! Да-да, от неё остаются ещё какие тонкие красные полоски на и без того горящих пацанских задницах!

      Очень часто девочки использовали для наказания ребят большую школьную линейку:

      К счастью для пацанов, девчонки редко использовали заранее припасённые ивовые прутья — розги. Хотя испокон веков именно розги являлись, наверное, самым распространённым инструментом для наказания мальчиков, подростков, юношей, молодых мужчин:

Конечно же, широко применяются и сейчас! 

      Димка с Лёхой дурачились, подыгрывая девчонкам и превращая собственную порку в комедию и развлечение для юных школьниц.

— Эх, хорошо!

— Ух, здорово!

А вот Персик помалкивал и пытался выжать из себя улыбку, чтобы хоть как-то соответствовать своим приятелям. Как так могло получиться, что он вынужден терпеть наказание за плохие оценки в школе не от своего отца, а от каких-то четвероклашек и пятиклашек, которые порют его ремнём по голой заднице?

      Иногда Перс стоял низко нагнувшись и держа руками себя за щиколотки. С тех пор, как он начал с подачи Пашки заниматься спортом, он развил в себе гибкость и вполне мог теперь так стоять, чего раньше у него никак не получалось. Занятия лёгкой атлетикой и гимнастикой давали свои плоды, так что Персик уже мог практически сложиться пополам, чем приводил девчонок в восторг! Они любили смотреть, как Перс демонстрирует им свои умения и навыки. (Пашке это тоже нравилось, но совсем по другой причине! Он считал, что этот «юный девственник» ещё сослужит ему хорошую службу, если будет таким спортивным, гибким, податливым, послушным и безотказным красивым мальчиком, каким и был Персик в свои 14 лет, раскрывающим свой ротик или раздвигающим свою попку по первому Пашкиному требованию!).

      А сейчас, поглядывая на девчонок снизу вверх в своём перевёрнутом положении, когда его голова оказывалась гораздо ниже его же задницы, и громко считая полученные хлёсткие удары (ладошкой, ремнём, тапком, линейкой, кухонной лопаткой и т.п.), Перс пытался понять, как же так получилось? Как так вышло, что он, раздетый догола, покорно терпит побои и унижения от девчонок-малолеток?

      Нет, он, конечно, понимал, что делает это потому, что вынужден подчиняться их более старшим школьным подружкам, а те в свою очередь получили над ним власть от своих деревенских подружек-одноклассниц, к которым летом ездили в гости. Ну, а уж деревенские девчонки могли делать с Персом всё, что хотели, с малолетства, когда он, будучи маленьким голозадым мальчишкой, играл с девочками на речке как и другие ребята. Мал-помалу Персик рос, росли и девчата. Только девчата никогда не купались при мальчишках голенькими, а мальчишки при девчонках купались и загорали голышом запросто. Им и в голову не приходило стесняться!

      Когда Перс подрос и повзрослел уже настолько, что начал стесняться раздеваться догола при девочках, как-то так получилось, что девчонки уже сами не захотели его отпускать и заставляли по-прежнему оголяться при них уговорами, насмешками, угрозами. Да, когда-то ему было так весело и интересно с ними играть! А потом им было весело и интересно с ним, а вот ему стало не очень. Он был бы и рад прикрыть свой срам, но девчонки ему не позволяли. Они хотели видеть, как происходит его половое созревание. И они видели, они наблюдали процесс созревания Персика. Да уж, по-другому и не скажешь!

      И круг этих наблюдательниц постоянно и неуклонно расширялся. Перс уже давно перестал пытаться запоминать и считать всех девчонок, которые видели его голым! Сколько их уже было? А сколько ещё будет! Каждый раз всё новые девочки хотят увидеть голеньких деревенских пацанов, как будто им поселковых ребят мало! Но те почему-то не спешат ходить к девчонкам в гости. А если и придут, то как девчонки могут заставить их раздеться догола? А никак! А с деревенскими — пожалуйста! И во всём этом Лёха-бабник виноват! Если бы не он, то ничего этого сейчас и не было бы!

      Но это, к сожалению, было. Девочки, издеваясь над ребятами, в разгар порки предлагали им прекратить наказание, если те начнут как бараны кричать «Бе-е-е! Бе-е-е!», но пацаны всегда предпочитали сохранить гордость и стойки терпеть порку, а не кричать «по-козлиному». Ничего не поделаешь — приходилось терпеть!

      Девчонки наказывали пацанов не только за плохие отметки, но и за «плохое поведение» в школе. А если замечаний по поведению в дневнике не было, девчата сами придумывали, за что ребят следует наказать! Да тут и придумывать особо ничего не надо! Они пороли пацанов-подростков за... рукоблудие! Так было ещё осенью, когда Персик, Димка и Лёшка только начинали ходить к одноклассницам после школы для дополнительных занятий, чтобы подтянуть учёбу!

      Девочкам достаточно было просто спросить у пацана: «Онанизмом занимаешься, бесстыжий рукоблудник?» Если ответ «Да», тогда получи порку ремнём по заднице в качестве наказания. Если ответ «Нет», тогда получи порку за враньё. И пороть будут до тех пор, пока не признаешься. Это Персик, Димка и Лёшка уже неоднократно проверяли на собственной шкуре! Лучше сознаться сразу! Тогда девочки будут бить линейкой по рукам, по ладоням, потом постучат по члену, по головке, по яичкам, приговаривая: «Получай, дрянной дрочун, по своему грешному отростку! Получай, мудúла, по своему удúлу! Сейчас как дай по яйцам — заскачешь зайцем!». И всё в таком духе.

      Били ребят, конечно, достаточно сильно, но терпимо... Пацаны морщились, корчили рожи, притворно стонали и изображали страдания, но покорно терпели, прекрасно понимая, что это представление для девочек и оно должно продолжаться! Мальчикам не разрешалось закрывать свои гениталии руками под угрозой связывания. Да-да, девчонки обещали связать ребятам руки за спиной, если те попробуют сопротивляться заслуженному наказанию! И пацанам приходилось терпеть. А чтобы наказание не казалось таким уж позорным, ребята подыгрывали девчонкам и притворно охали-ахали, гримасничали и вскрикивали, как-будто им действительно было так больно. Нет, было терпимо, но нужно было притворяться и разыгрывать спектакль! Унизительный спектакль. Но пацанам поневоле приходилось становиться в нём актёрами.

      Детородные органы мальчиков интересовали юных девчат в гораздо большей степени, чем их взгретые поркой задницы. Девочки начинали сначала легонько, а потом всё сильнее шлёпать ребят линейкой по яичкам, когда узнавали, что удары по яйцам у мужчин являются самыми болезненными. И девочки хотели это проверить — кто какую силу удара линейкой по мошонке способен выдержать.

      Девочкам было невыразимо приятно брать пацанов за яйца у самого основания, сжимая так, чтобы они вылезали из кулачка с другой стороны, и приподнимать их, оттягивая вверх. А другой рукой шлёпать по ним линейкой, приговаривая:

— Вот тебе, негодник, за то, что ты не учил математику! Получай по своим шарам за двойку по русскому языку! На тебе, похабный рукоблудник, за плохое поведение!

     Да, наказывать пацанов «за рукоблудие» можно было сколько угодно, так как (и не без основания) девочки были абсолютно уверены, что все пацаны постоянно занимаются онанизмом, а это вроде как считалось предосудительным (по крайней мере, среди девчонок).

      Иногда по иронии судьбы во время именно наказания «за рукоблудие» у пацанов и появлялась спонтанная эрекция — их члены набухали и поднимались, чем сильно веселили (удивляли, восхищали и радовали!) девчонок. Конечно, учитывая их возраст, не все девочки видели, как мальчики занимаются онанизмом (некоторые девочки вообще увидели голых пацанов впервые в жизни, пригласив Персика, Димку и Лёшку к себе домой). И тогда после порки (а иногда вместо неё) девчонки принуждали голых ребят к показательным занятиям мастурбацией.

      Девочкам при этом разрешалось всё: смотреть, трогать, щупать, брать руками, теребить пальчиками половой член, ствол и головку, стягивать и натягивать крайнюю плоть, играть с яичками, залезать руками в промежность, поглаживать и бить по попе — любые действия для удовлетворения своего неуёмного любопытства были разрешены. Пацанам же трогать, хватать, щупать девчонок за их сиськи-письки никогда не разрешалось, сколько бы ребята об этом ни просили (в основном, конечно, Лёшка ☺).

      Девочки никогда не позволяли ребятам никаких излишеств. Некоторые девочки даже сначала стеснялись трогать руками возбуждённый пацанский половой орган, торчавший вверх во всей своей прямолинейности. Но потом любопытство и желание брали верх и они трогали.

— Дёрни за рычаг! — подначивал девчонок Лёха.

    Более смелые девчата сразу брались своими ручонками и дёргали. Насколько это нравилось бабнику-Лёхе, настолько это не нравилось Персику. Но приходилось терпеть и улыбаться, делая вид, что и ему это нравится! Хотя с гораздо большим удовольствием он сам бы подёргал Лёхин «рычаг», оставшись с ним наедине. Но пока такой возможности ему не предоставлялось.

      Как Персик считал вслух шлепки и удары по своей заднице, так мысленно он считал дни, оставшиеся до летних каникул. Наивный паренёк думал, что с наступлением летних каникул вся эта учёба, а с нею и наказания за неуспеваемость закончатся. Но не тут-то было! Девочки обсуждали между собой, как было бы здорово летом приехать в гости к своим школьным подружкам и там на природе отхлестать этих деревенских мальчишек крапивой по их голым задницам!

      Да, Персик был вынужден признать, что и такой вид наказания у них в деревне практиковался:

Причём, не только на природе! Некоторые отцы секли своих сыновей-подростков крапивой прямо дома!

      Если поселковые девчонки будут приезжать в деревню летом к своим подружкам, то наказаниям пацанов не будет ни конца, ни края. А если до конца учебного года ребятам не удастся исправить свои плохие оценки, то наказания их ждут и от школьного учителя, который не только заставит учеников-двоечников заниматься в классе во время летних каникул, так ещё и будет пороть их после каждого занятия, а случайные девчонки за всем этим будут подсматривать!

      «А может быть когда-нибудь девчонкам разрешат наказывать учеников прямо в школе?» — раздумывал Персик. Он и его приятели с каждым годом будут становиться всё старше, девчонок, желающих приложить свою руку к «воспитанию» неотёсанных «деревенских холопов» (как их в школе называли поселковые девочки) будет становиться всё больше и больше. Так когда-нибудь дело дойдёт до того, что наказание голых парней поркой будут показывать в театре как спектакль!

      Персик знал, что такое театр, хоть никогда в нём не был. А вот устраивать «представление» для юных зрительниц он со своими приятелями был вынужден регулярно. Перс испытывал противоречивые чувства: он хотел как можно скорее повзрослеть, чтобы эти противные девчонки наконец оставили его в покое; с другой стороны, а вдруг даже когда он станет взрослым мужиком, школьницы не перестанут приставать к нему и домогаться? Ведь проявляют же деревенские девчонки интерес к его отцу! Даже «смотрины» с ним дважды заставляли устраивать! Интересно, а что было бы, если бы поселковые девочки тоже захотели устроить «смотрины» отцу Персика?

      И вот Перс вынужден каким-то образом заставить отца прийти вместе с ним в гости к какой-нибудь школьнице в посёлке. Там в квартире уже собрались её подружки. Персик вместе с отцом вынуждены раздеваться догола, как им и положено, прямо в прихожей, затем ждать, когда их пригласят пройти в комнату. Ну, что ж, «смотрины» начинаются сразу в прихожей. Выходят девочки. Отец, смущаясь, прикрывает руками своё мужское достоинство.

— Глядите-ка, деревенский холуй закрыл руками свой большой хуй! — тут же начинают дразнить, издеваться над ним и хихикать девчонки, показывая пальчиком и зовя в прихожую остальных подружек, чтобы и те посмотрели.

Отцу ничего не остаётся, как опустить руки вниз и дать нахальным школьницам себя оглядеть с головы до ног.

      А что будет, когда им разрешат войти в комнату? Девочки заставят взрослого, сурового мужика раскорячиться на диване кверху попой (как раньше они заставляли это делать его сына с приятелями), чтобы всыпать ему сотню ударов розгами в честь дня рождения девочки-хозяйки квартиры. А голый мужик вместе со своим голеньким сыном-подростком — это ей (и её юным гостьям) подарок! Наслаждайтесь!

      — Ну, девочки, вы получили, что хотели! Можете хоть пороть, пока сил хватит, хоть свечку вставить и задуть, загадав желание! Сегодня в честь дня рождения все ваши желания будут исполняться! Я готов, действуйте! И сына моего не забудьте взгреть как следует за то, что он заставил меня явиться сюда к вам! Дома-то ему ещё хлеще достанется! Неделю точно сидеть на заднице не сможет!

     После этих слов девчонки хватали выбивалку для ковров и лупили отца Персика по его большой волосатой заднице прямо на глазах у сына. А когда цвет отцовской задницы сменялся на тёмно-красный, девочки глубоко втыкали свечку прямо ему в дырку! И сначала сама именинница загадывала желание и задувала свечку, а потом вслед за ней и все остальные её подружки по очереди! Точно так же совсем недавно было и с сами Персиком!

      Представляя себе всё это, Перс посмеивался, хотя его собственной попке было вовсе не до смеха! Её персиковый цвет так же неотвратимо превращался в ярко красный! Хорошо ещё, что в этот раз девчонки не притащили из ванной бельевые прищепки, с которыми они тоже очень любят играть, наказывая пацанов. Они уже не раз цепляли их Персику за соски, а потом тянули и дёргали:

Конечно, это было терпимо, но неприятно. Ещё более неприятно было, когда эти прищепки цепляли за мошонку!

      Единственным обладателем мошонки, которому нравилось всё, что с ним делали девчонки, был Лёха. Он ради девок всегда готов вывернуться мехом наружу! Персик же был тайно влюблён в Лёху, а потому вынужден был всюду следовать за ним — ходить в гости к девочкам, раздеваться там перед ними догола, терпеть от них наказания и унижения, а всё ради того, чтобы всегда быть вместе с другом. Персик мечтал о близости с Лёхой — физической, телесной, сексуальной (!), а девчонки как раз и заставляли пацанов всё делать вместе, сближали их как могли, даже во время порки!

      Ну, как оно всё было, вы уже и сами видели. А какие ещё приключения ждали ребят впереди, вы узнаете из следующих глав! Не пропустите!

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...